Facebook LiveJournal Twitter

Все, что мыло

11:00 18.10.2013 6

Внимательно посмотрел на «Интере» сериал «Петр Лещенко. Все, что было». Просто уважаю Лещенко, которого слушал еще ребенком, когда радиолюбители-хулиганы крутили в эфир магнитные записи.

«Чубчик кучерявый» и «Эти черные глаза»  – песни, сопровождавшие самый памятный период жизни, юность, созревание. Как же было не посмотреть сериал о Петре Лещенко.

Сериал в принципе получился неплохой. А чего бы ему и не быть неплохим, ведь сценарий писал покойный Эдуард Володарский, опытный и крепкий драмодел, отлично сочетавший исторические факты с фантазиями и умевший лихо закрутить сюжет. Отметившись в советские времена участием в создании прекрасных кинофильмов (в их числе – «Свой среди чужих, чужой среди своих», «Проверка на дорогах», «Мой друг Иван Лапшин»), во времена постсоветские он поучаствовал во множестве сериалов, воспев, в частности, Столыпина, Вольфа Мессинга и Чапаева. И в его исполнении даже передергивание фактов биографии реального Петра Лещенко не вызывает особого внутреннего сопротивления: нужна ведь красивая экранная история, а не документ.

В общем, сценарий добротный, актеры хорошие, съемки приличные, денег не пожалели. Есть несомненные удачи: стыки между сюжетными линиями разных времен или гениальная сцена, в которой парижский кабатчик (Адабашьян) переливает обратно в бутылку коньяк, не выпитый огорченным Лещенко, узнавшим о самоубийстве боевого товарища. Это прямо настоящее кино.

Ну, есть, конечно, и неизбежные признаки сериального мыла. То затягивание экранного времени за счет цыганских плясок, скопированных из фильма «Табор уходит в небо», то исполнение песни «Шаланды, полные кефали» за год до выхода на экраны фильма «Два бойца» (причем на экраны Советского Союза, а отнюдь не оккупированной Одессы). А сцена общего застолья в одесском дворе – прямо из «Ликвидации». Ладно. То, что во всех странах, где происходит действие фильма, все говорят по-русски, как в каком-нибудь старом советском «Падении Берлина», тоже понятно – это же сериал, мыло, чего зря напрягаться. Написали вывески на немецком или румынском – и хватит с нас.

В главной роли снялись два забавно похожих актера – Иван Стебунов (молодой Лещенко) и Константин Хабенский (взрослый Лещенко). Надо отдать должное: Хабенский похож на Лещенко гораздо больше, чем на Колчака или Троцкого, чьи образы он воплощал на экране.

Но создатели сериала, на мой взгляд, совершили ошибку, записав музыкальные номера в исполнении самих актеров. Получилось как в анекдоте: Карузо – ничего особенного, Рабинович слышал и мне напел. Для молодых зрителей, которые настоящего Лещенко не слышали, сойдет и вокал Хабенского. Да только тут имеют место две большие разницы – в этом легко убедиться, зайдя на Youtube.

Но юмор в том, что создателям сериала было практически невозможно дать пение в записях самого Петра Лещенко. По той простой причине, что он пел по-русски с ощутимым акцентом, вполне естественным для уроженца Кишинева, всю жизнь прожившего в Европе, России никогда не видавшего (ну, Киев, Крым и Одесса все же не Россия), и говорившего в жизни преимущественно на румынском языке. А на фига современному российскому зрителю Лещенко как нерусский певец? Зачем про такого кино снимать? В итоге поют Стебунов и Хабенский – без акцента, но и далеко от Лещенко.

Впрочем, сам факт обращения к фигуре забытого артиста достоин похвалы. Может, кто и заинтересуется – хуже не будет.

Фото - scanday.ru

Обнаружив ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Новости партнёров:

Loading...
''