Facebook LiveJournal Twitter

Венеция. Netflix подсиживает Голливуд

11:30 02.09.2018 0

Не меньше фильмов, составивших довольно сильную венецианскую программу, поразил поступок документалиста Виктора Косаковского, чья «Акварель» здесь в программе. На пресс-конференцию Косаковский пришел в рубашке, на которой были наклеены цифры 111 (столько на 1 сентября длится голодовка Олега Сенцова). Косаковский произнес целую речь и попросил всех последовать его примеру. Публика в зале была ошарашена. Сам Косаковский произнес все дрожащим от волнения голосом, сорвавшись на слезу.  

По дороге до отеля Exelsior, где обычно гнездится Венецианский кинорынок, встретился огромный как гора Гилермо Дель Торо, председательствующий в здешнем жюри. Этот почетный пост ему достался как обладателю прошлогоднего Золотого льва за «Форму воды», и здесь тоже победившую. 

Вошли в лобби. Мгновенно вокруг засуетились люди. Дель Торо пароходом буквально заплыл в узкую для него гавань отельного бара, где, как выяснилось через минуту, у него была назначена стрелка с Кристофом Вальцем. Оскаровские лауреаты, отгородившись от мира ширмой из фестивальной охраны, плюхнулись в мягкие кресла и стали что-то активно обсуждать. Напомните мне съесть свою шапку, если Вальц не получит роль в новом фильме Дель Торо. 

Нынешний Венецианский кинофестиваль – почти корпоративная площадка крупных видеоплатформ, вроде Amazon и Netflix. Последний вырос в настоящего гиганта индустрии, переживающего последние годы заметные изменения. Очевидно, что старая студийная система, вертевшаяся вокруг мейджеров – инертных и несколько неповоротливых, боящихся рисковать стомиллионными бюджетами, понемногу рассыпается на множество мелких игроков. Новая же консолидируется вокруг стриминговых платформ. Через них теперь в мир идет контент, а не через кинотеатры и телевидение. 

Понимая все это, фестивальный директор Альберто Барбера избежал ошибок, допущенных Каннским кинофестивалем. Таким образом Венеция заполучила в конкурс (и не только) целый сет крупных хитов. Среди них упущенные Каннами «Обратная сторона ветра» - многострадальный и последний фильм великого Орсона Уэллса, смонтированный Питером Богдановичем - звездой Нового Голливуда («Бумажная луна», «Последний киносеанс»), и «Рома» (Roma) Альфонсо Куарона  - двухчасовая, первая за много лет в биографии этого режиссера испаноязычная и сильно личная черно-белая драма. Сбивающее с толку название, ошибочно отсылающее к Италии и ее древнейшему городу – имя сыто-благополучного района Мехико, в котором прошло детство самого Куарона. Собственно фильм как раз о детстве будущего автора «Дитя человеческого», третьего «Гарри Поттера» и «Графитации». Чтобы не вести повествование от первого лица, Куарон помещает в центр молодую домработницу Клео, которая сама по себе квинтэссенция детского простодушия – наивная и доверчивая деревенская мексиканка с лицом потенциальной жертвы изнасилования; а чтобы сохранить максимально высокий личный градус всей истории, взял в руки камеру, фактически устроив отпуск своему постоянному оператору Любецки. 

Клео служит в доме состоятельного инженера, у которого трое сыновей, маленькая дочка, жена, похожая на Фрекенбок теща, гадящие во дворе псы и надутый, исполинских размеров черный лакированный Форд. Клео подает, уносит, подтирает,  смотрит с хозяевами по телеку юмористическое шоу, а в свободное время тусит с нервным рогулем, увлеченными восточными боевыми искусствами. 

Очень скоро инженер семью оставит ради молодой любовницы, правительство Мехико утопит в крови студенческие волнения (дело происходит осенью 1968-го), а у Клео случится залет… 

«Рома» - очень фиминистическое кино в самом лучшем смысле. Трогательное и какое-то мягкое. Куарон, и прежде воспевавший женщину (вспомнить хотя бы «Гравитацию»), здесь демонстрирует ее истинную силу, которая в слабости. Его Клео будет покорно, как твоя феллиевская Кабирия, принимать удары судьбы, очаровано шагая по дороге разочарований. Куарон через очень частное мастерски дает в прямом и переносном смысле широкую панораму общего (его камера буквально обнимает героев) - времени, показанного с высоты нежного возраста, а потому без провокаций и жести.  

Про «Обратную сторону ветра» - фактически реанимированный, незаконченный и последний во всех смыслах фильм Орсона Уэллса, который на деньги Netflix смонтировали из горы оставшегося авторского материала, хочется написать отдельно – и про историю этого совсем не шедевра, и про то, как он оказался в моей личной жизни лет десять тому назад, когда один хорватский режиссер, водящий дружбу с Питером Богдановичем и Оей Кодар (последней возлюбленной Орсона Уэллса), подарил мне видеокассету с сильно черновым монтажом этого фильма. То, что показали здесь, выглядит такой же обаятельной художественной дичью, что и материал на той видеокассете. 

Еще один номер от Netflix в здешней программе - «Баллада о Бастере Скраггсе» (The Ballad of Buster Scruggs) Итана и Джоэла Коэнов, которые перемонтировали в двухчасовую версию свой же сериал, снятый по заказу, как можно догадаться, Нетфликса же. «Баллада» скроена из шести независимых новел с блестящими сольными номерами, лучшие из которых принадлежат Тиму Блейку Нельсону, Лайому Нисону и Тому Уэйтсу. В четвертый раз вдохнув немного жизни в уже давно мертвый жанр («Старикам тут не место», «Железная хватка»+короткометражка из альманаха «Париж, я люблю тебя»), братья буквально жалят своим фирменным черным юмором. «Баллада» дико смешная, хотя и выглядит несколько ненужной рифмой к тем же «Старикам» с «Железной хваткой». 

Фото - facebook.com/Labiennaledivenezia

Обнаружив ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Новости партнёров:

Loading...
''